Ветер, море, паруса

Яхты, море, парус, путешествия. Sailing, sea, travelling, cruising

2008 год. Плавание Тулон - Корсика - Балеары 

Решено (уже в который раз) в этом году, клянусь всеми святыми, беру большой отпуск, в смысле аж больше месяца, и мы идём на Балеары. Вот! Даже цель выбрал. Почему на Балеары? Потому, что острова. Морские плавания у меня всегда ассоциировались с островами. Пусть не южные моря, не тропики, но и Средиземное море, ещё не так давно, каких-нибудь семь-восемь лет назад, казалось ужасно далёким и экзотическим. Да и для «чайников», какими мы являемся, и это будет большим достижением.

Год начался хорошо. Третьего числа мы вернулись с лодки, а седьмого я уже улетел в Египет – нужно зарабатывать деньги.

В феврале мы купили для лодки геннакер, или дрифтер, или асимметричный спинакер - как его только не называют. После поиска в интернете я почти уже было заказал его у итальянской “Zadro Sails”, но последнее предложение от “Lee Sails” из Гонг Конга заставило поменять намерения. Цена, включая пересылку и таможню, была на сорок процентов ниже. Я поискал в интернете отзывы и нашёл только хорошее. Срок поставки указывался шесть недель со дня поступления платежа, но уже через месяц мы получили парус. Всё прошло очень гладко, если не считать обычные проблемы с доставкой в Италии. Все курьерские службы и почта в Италии работают просто отвратительно.

Работы в этом году действительно навалом. С планированием у нас не очень хорошо. Возвращаясь из очередной командировки я часто не знаю, есть ли работа, когда и где. Но как только я спрашиваю – Что там у нас есть на ближайшее будущее? – Тициано и Дмитрий, слегка задумавшись и посмотрев друг на друга, говорят – А не послать ли нам его....

В результате, чаще всего уже на следующий день, я сижу в самолёте или еду по автостраде. Благодаря таким импровизациям до июля месяца я кроме Египта успел поработать в Дании, Марокко, Германии, в Нальчике, Калининграде и на Сицилии.

Но в итоге всё сложилось удачно и двадцать восьмого июня мы уже уехали во Францию. Через неделю должна была приехать моя сестра и старый друг Репа из Екатеринбурга. Репа – это прозвище (не кличка), так его с незапамятных времён зовут среди друзей, а в миру он Саша - Александр Швалюк. Прозвище настолько прилипло, что наши девочки называли его – дядя Репа, а как то услышав его настоящее имя я даже не сразу понял о ком речь.

За неделю до приезда гостей мы с Мариной должны были доделать днище. Нужно было переставить лодку на кильблоке и сделать антиосмосную обработку тех четырёх квадратов, на которые она опиралась раньше, включая зачистку до голого пластика, и большое количество слоёв эпоксидки, шпаклёвки, грунтовки и необрастайки. Работа не быстрая, но мы уложились точно в срок. Сбросили лодку на воду, встретили гостей в Ницце и уже на следующий день вышли в море. До последнего момента не могли решить куда отправиться, за нас всё решила погода. Ветер дул западный, и не слабый, поэтому решили идти на восток и дальше на Корсику. Да и у гостей наших обратные билеты из Римини, так что с Корсики им уезжать ближе будет.

Метеорологи обещали 5-6 баллов и не соврали. Ветер развёл высокую волну, но это была нормальная длинная волна. Смотрится очень внушительно, но большого дискомфорта не создаёт. Так что новички (я и себя к ним причисляю) получали свою порцию адреналина без больших неудобств. Шли в бакштаг под одним зарифлённым гротом, волны казались положе и ветер слабее, можно было спокойно сидеть на палубе. Но навстречу нам попался буксир, он так бодался с волнами, что порой над водой оставалась одна рубка, как у подводной лодки. В какой то книжке я читал, что рифиться надо когда подветренный привальный брус начинает уходить в воду, но на нашей лодке это не совсем так, если парусов много для данного ветра, она просто лежит на руле и почти останавливается. Когда же возьмёшь рифы, рулить сразу становится легче и скорость увеличивается.

Конечный пункт на день мы не задавали, просто наметили возможные варианты остановок по пути следования. Так как первый день выдался довольно бурным, решили зайти в порт на острове Поркероль, это всего в 15 милях от нашего Па Ролан. Повернув к порту я заметил яхты стоящие в бухточке на подветренной стороне мыса, и вроде их совсем не качало. Мелькнула было мысль встать тоже там на якоре, но народ захотел в порт, чтобы надёжно. В порт так в порт. Зашли в гавань и приткнулись носом между двух яхт у понтона прямо перед входом. Здесь не было не воды, не электричества и сильно качало. Подошли служащие капитанерии, говорят только по французски, но мы всё таки объяснились и дали понять, что хотели бы место поспокойнее. Они показали куда встать и мы отдав швартовы стали отходить от понтона. Я знаю что Контест плохо управляется на заднем ходу, у него всегда заносит корму влево, поэтому не удивился, что лодку стало разворачивать. Не заметил я только одного, что корма пошла вправо а не влево. Пытаясь оттолкнуться от стоящей справа яхты и удивляясь как сильно нас наваливает на неё я вдруг заметил, что не отдал на корме lazy line, трос от мёртвого якоря. Ёлки палки! Трос натянулся как струна, сбрасываю мотор на нейтралку и нас как тетивой посылает вперёд. Закреплённый на носу якорь бодает борт яхты стоящей слева, украшая его многочисленными царапинами по всей длине. Наконец мне удалось сбросить трос с утки, снова даю задний ход, но нас уже развернуло сильно вправо и лодка цепляется рулём за трос стоящей рядом яхты. Переполох поднялся страшный. Мой обалдевший экипаж уже не знал чем и от кого отталкиваться, вскочил, до этого мирно читавший в кокпите мужик с правой лодки, люди из капитанерии носятся вокруг на моторках и что то кричат по-французски. Начала собираться толпа любопытных. Я готов был провалиться под землю от стыда. Наконец мы вылезли из западни и пошли к новому месту. Руки у меня слегка дрожали. Осторожно, крадучись подбираемся к новому месту в узком проходе между рядами лодок. Вся команда на чеку, готовые одерживать и отталкиваться. Плавно поворачиваю влево и... не вписываюсь. Наверно я не учёл ветер. Даю задний ход, корму забрасывает и к тому же нас начинает сносить ветром. Две моторки капитанерии снуют вокруг и что то орут по своему. Теперь они начинают меня раздражать. У них на носу укреплены кранцы и они легко могли бы затолкать наш нос на место, я даже думал, что они так и сделают, но кроме суеты и неразберихи помощи от них никакой не было. Я собрался как мог и не обращая больше внимания на орущих французов стал разворачиваться через правый борт. Хоть это и почти полный оборот, но я знаю, что вправо эту лодку можно развернуть почти на месте. При работе двигателя назад корму забрасывает влево и как только лодка начинает двигаться, даю передний ход и руль вправо, потом снова назад и т. д. Так, не обращая внимания на кричащих и махающих руками мы чисто входим в отведённую нам дырку и швартуемся. Крики стихают и народ рассасывается. Не в лучшем расположении духа беру все документы и иду в капитанерию платить за стоянку, а потом на пострадавшую от нас лодку. Хозяева, вернее хозяйка, оказалась итальянка. Мы очень долго составляли протокол происшествия, согласовывали формулировки, фотографировали повреждения для страховой компании.

Вечерняя прогулка по вобщем то симпатичному городку и острову не оставила у меня впечатлений. Настроение было отвратительное, ветер казалось усиливается и мне всё мерещилось, что я плохо закрепил швартовы и наша лодка отвязалась и бъётся о стоящие рядом. Ноги сами несли в порт. Метео на завтра обещало усиление ветра и смену направления на южный, но мы решили всё таки утром уходить. В этом порту стоять не хотелось.

По утру, проснувшись и позавтракав, сразу же ушли, со всеми возможными предосторожностями, чтобы не дай бог не задеть кого нибудь. На этот раз метеорологи полностью облажались. С утра ветер всё ещё дул с запада, хоть и намного слабее чем вчера. Мы отдали рифы грота и раскрутили геную, потом поставили генакер, но ветер всё слабел и слабел и к полудню совсем угас. Моя дорогая захотела искупаться прямо с лодки.

– Давай привяжу, а то не вылезешь обратно, ход хотя и небольшой, но есть.

Она отнекивалась, но я настоял. Когда же поднялась обратно, спросил: – Ну как, легко было вылезать? – Хорошо, что привязалась.- созналась она.

Поболтавшись немного на мёртвой зыби мы убрали все паруса и завели дизель. В обед бросили якорь в какой то большой открытой бухте, где стояло много яхт и катеров, а так как там были швартовочные буи, зацепились ещё и за буй, хоть надобности в этом никакой небыло, был полный штиль. Накупались, пообедали. Тут подъехал дядька на моторке и сказал что буй стоит 20 евро в день. – Да бог с тобой. – сказали мы, выбрали якорь и отправились в Сан Тропе.

Залив Сан Тропе очень глубокий. Когда приближаешься, городок выглядит очень живописно. Внешне кажется, что порт забит до отказа. Мы отшвартовались у топливной колонки, заправились и спросили нет ли в порту места для нашей маленькой лодочки на одну ночь. Приветливый мужик на моторке проводил и показал место. По правде говоря мест в порту нет, и мы пришвартовались бортом к большой яхте, так что на понтон приходится проходить по ней. Жутко дорогой этот Сан Тропе, 32 евро за стоянку и 50 евро - депозит за электрический переходник. В порту в основном стоят большие и очень большие яхты, блестящие и сверкающие, просто роскошь в чистом виде. Наша маленькая старая лодочка выглядит здесь немного инородно, но мы стоим в дальнем ряду и общий вид не портим.

Сам городок хоть и пользуется богемной славой, вполне типичный приморский город Франции. Центр – это порт, вокруг него бутики, рестораны, рынки сувениров, старые средневековой постройки дома, узкие улочки. На близлежащем холме непременно крепость. Времени после вечернего душа и ужина и половины следующего дня нам вполне хватило чтобы его посмотреть. Мы поднялись до крепости, пофотографировали бродящих по парку павлинов, походили по кривым улочкам, подивились на лангустов на рыбном рынке, купили кое каких продуктов (дорого) и решили, что пора. Метео очень неутешительный – ветра совсем нет. Но солярки у нас под завязку и мы выйдя из залива взяли курс 115 прямиком на Кальви, Корсика, чуть больше 100 миль.

Дизель тарахтит исправно, поверхность моря как в деревенском пруду в тихую погоду, зеркально гладкая но удивительно синего цвета. Протарахтели часа три, подул лёгкий ветерок. Наконец то тишина. Под гротом и генуей делаем три с небольшим узла. Внезапно мне показалось, что я что то увидел в море. Нет ничего... Всматриваюсь в мелкую рябь. И вдруг совсем рядом из воды показывается плавник и чёрная блестящая спина – дельфины! Ещё один, и ещё и ещё... На корабле случился переполох. Многие ни разу дельфинов живьём на воле не видели, а тут их штук десять разом. Группа дельфинов идёт прямо у форштевня и кажется можно потрогать рукой их спины, я даже пытался это сделать. Все носятся по палубе с фотоаппаратами и камерами уговаривая их почаще выныривать. Минут десять длилось представление, потом дельфины, видимо вспомнили что у них есть и другие дела, повернули и ушли на запад, оставив нас одних посреди пустынного моря.

Опять заштилело. Мы убрали паруса и остановились искупаться. Вода тёплая и прозрачная, золотые солнечные лучи уходят в тёмную глубину и со всех четырёх сторон горизонт.

Пришлось снова заводить дизель. Командаcтихийно занялась приборкой. Отдраили палубу, кое где подшкурили облупившийся лак на деревянных частях и прошлись свежим. Просто удивительно, как быстро разрушается лак под солнцем. Женщины из простыни соорудили себе на носу тент.

Поужинали, тем временем солнце совсем спустилось к горизонту и начало погружаться в воду. Наступила ночь. В первый раз ночью в открытом море. Я всем объяснил что означают зелёные и красные огоньки на проходящих судах и когда их нужно остерегаться, хотя мы с Репой решили женщин к вахтам ночью не привлекать. Супруга ушла в каюту, смотреть свои нескончаемые сериалы и быстро заснула. Взошла луна. У компаса не работала подсветка, пришлось приспособить светодиодный фонарик. Немного похолодало и на лодке стал образовываться конденсат. Всё стало мокрым а с гика просто капала вода, так что я даже было решил, что начинается дождь. Постепенно все угомонились и я остался в кокпите один, посреди невероятно гладкого моря. Где то в дали периодически проходят суда, луна то прячется в облаках, то снова зажигает на море светящуюся дорожку. Периодически ставлю двигатель на нейтралку, чтобы понять, дует какой то ветерок или это только встречное движение воздуха. Часа в три наконец подуло, я сразу же заглушил мотор и поднял паруса. Очень слабый ветерок, но 2,5 – 3 узла делаем. В 4 часа разбудил смену и пошёл спать.

Меня разбудили когда уже рассвело. Дуло хорошо, но судя по нашим координатам, прошли мы очень мало. Репа сказал что как только я заснул, ветер совсем скис и задул только с пол часа назад, а мотор он запускать не стал. Ну да ладно, уже виднелись берега Корсики.

Странно, весь переход мы рулили одним курсом и несмотря на то, что точность рулёжки очень относительная, маяк на мысе Ривеллата оказался точно по курсу. Залив Кальви очень большой. Перед нами туда зашёл огромный паром. Мы попытались сунуться в порт, но уже на входе нас встретили и сказали, что мест нет. И всего на одну ночь тоже нет. А по поводу швартовки у буёв, которых полно в заливе, сказали обращаться по 8 каналу. Мне не ловко было сказать, что рация не работает, поэтому я отыскал в лоции номер телефона и позвонил по мобильнику. Пришла другая моторка, нам указали к какому бую швартоваться и слупили 20 евро не дав никакой квитанции.

Вот мы и на Корсике. Позвонили дочки из Москвы и мама как всегда путано начала рассказывать что мы целых тридцать часов шли в открытом море. На вопрос, не страшно ли было ночью, она ответила – Не знаю, я спала.

Однако теперь придётся надувать наш смешной тузик. Эта надувная лодочка из ПХВ плёнки больше подходит для рыбалки на небольшом пруду, но другой у нас нет. Благо вода спокойная, мы умудрились на ней переправляться по трое а то и все вместе разом. Приходилось правда проявлять большую осторожность при высадке, так как все камни у берега усеяны морскими ежами.

Сам городок Кальви симпатичный, но мало чем отличается от того же Сан Тропе. Набережная у порта – центр жизни. Рестораны, магазины сувениров, опять же крепость. Здесь правда в крепости ещё и живут. Команда отправилась на экскурсию и за сувенирами, но на ресторан не решились, со здешними ценами. Докупили кое каких продуктов и устроили прекрасный ужин у себя на борту. На закате Репа раскурил сигару и вслух наслаждался жизнью.


На следующий день ветра опять не было и посему снова под мотором. На обед бросили якорь в бухте. Накупались, нанырялись. Я пытался охотиться на рыбу с короткой самодельной острогой и даже загарпунил микроскопическую рыбку. Как я в неё попал? Рыбы покрупнее меня близко не подпускали. А в общем то подводный мир немного разочаровал. Рыбы мало, крабов не видно, даже мидий нет. Лишь морские ежи в большом количестве.

После обеда проходили красивые красные скалы заповедника Скандола, а вечером зашли в залив Джиролата. И карта и лоция утверждают, что в глубине залива есть закрытая бухточка с хорошей якорной стоянкой. Мы подошли уже совсем близко к берегу, уже видна старая крепость на горке у которой должен быть вход в бухту, но берег кажется сплошным. Народ на борту начал нервничать и высказывать разные предположения, но я, веря всё таки картам, велел держать прежний курс. И через некоторое время за полоской берега показались мачты, а потом открылся и вход в бухту. Мы решили не заморачиваться с якорем и встали на буй, хоть и пришлось платить.

Там на берегу есть пара ресторанов, магазинчики и что-то вроде кемпинга. Мы отметились в капитанерии (здесь это была просто деревянная будка) и спросили где здесь есть душ. Бармен в ресторане слупил с нас по три евро и проводил к сарайчику, который и был душем. Зато вода была без лимита и было приятно вымыться и посидеть на стульчиках на лужайке.

Вечером на берегу было какое то гулянье, пели песни, временами даже казалось что поют по русски. У нас был тоже роскошный ужин с картошкой, грибами, селёдкой под шубой и водочкой.

Наконец ветер. Правда из залива пришлось всё равно выходить под мотором а дальше под парусами, но круто к ветру. На самой середине залива встретили каякера, его едва видать среди волн. Он так бодро лопатил воду, что мы хоть и нагнали его под мотором, но казалось, что он идёт ненамного медленнее. И это против волны и ветра.

Выйдя из залива так и шли весь день одним галсом, соревнуясь с Датчанами, которые шли параллельным курсом. Мы их побеждали, правда они не в курсе были, да и лодка у них поменьше нашей. Регата закончилась, когда мы повернули в Аяччо а датчане пошли дальше на юг.

Аяччо тоже расположен в глубине залива, к порту подходили полным курсом. Глядя на лодки снующие там и тут, я не особо обращал внимание на навигационные знаки, считая, что это для больших судов и был неприятно удивлён, увидев в нескольких метрах по правому борту торчащую из воды скалу. Болтающие на носу дамы её не заметили. Я тут же ушёл подальше от берега и стал обходить все знаки вместе с большими яхтами.

Здесь в порту города Наполеона для нас нашлось место. Город большой. Наши дамы отправились сразу в прачечную, так как накопилась стирка а мы с Репой искать супермаркет, чтобы докупить продуктов. Каждые пятьдесят метров здесь ресторан, пиццерия или кафе а вот продуктовый магазин найти не так просто. Пришлось зайти в гостиницу и расспросить девушку на ресепшен, которая, как ни странно говорила немного по английски и немного по итальянски. К сожалению в воскресенье супермаркеты не работают и пришлось поход в магазин отложить до завтра. Вечером была стандартная культурная программа – гулянье по городу с заходом во всевозможные лавки и магазины, больше из любопытства чем за покупками.

Замечательный выдался здесь вечер. Прямо в порту, на улице возле пиццерии допоздна играл квартет гитаристов. Испанские, французские и прочие мелодии. Мы слушали и даже подпевали русские тексты на некоторые песенки.

На следующий день при выходе из порта случилась авария. Отдалась одна из нижних вант, причём заметил я это когда мы уже шли по заливу и бак периодически омывался волнами. Сначала я не понял в чём дело, палец фиксирующий талреп был на месте, шплинты тоже. Оказалось что сломался вантпутенс, представляющий собой платик с приваренной к нему дужкой из прутка 8 мм и, зачем то, горизонтальная перекладинка из того же прутка. Вот в месте приварки перекладинки его и порвало. В голову не пришло ничего другого, как зацепить талреп за скобу основания стойки леера. Чтобы дотянуть ванту до неё пришлось добавить мочку. Пока расшплинтовывали талреп, раскручивали, закручивали, шплинтовали, промокли насквозь. Были большие опасения – будет ли держать, но после часа хода правым галсом, с хорошим креном успокоились. Ничего, в первом же порту изготовим новую железяку.

Западный ветер раздулся уже всерьёз, развёл приличную волну и мы целый день забавлялись фотографированием волн, которые катясь к берегу почти закрывали горы. Правда девяносто девять процентов фото браковалось, так как они даже отдалённо не передают реальные впечатления. Шли мы в пол ветра с хорошей скоростью и довольно комфортно, не смотря на крен и качку, но почему то многие яхты предпочитали идти под мотором. Вообще парусные яхты здесь чаще используют «железный спинакер» чем ветер. Слабый ветер – под мотором, сильный ветер – под мотором, встречный ветер – под мотором. А в лавировку совсем никто не ходит.

На ночь встали в ничем не примечательной бухте Порто Поло. Отшвартовались на буй, заплатили 10 евро и всю ночь болтались на волне хоть бухта и казалась довольно защищённой. Даже на берег не сходили. Единственное чем она запомнилась – утром здесь взлетали желто красные гидросамолёты.

Выйдя в море мы словно оказались на автостраде, такое здесь вдоль берега движение. Яхты, все строго под мотором, шли на юг целыми караванами. После обеда лодки начали выпадать из кильватерной колонны одна за одной направляясь в многочисленные бухты. Мы тоже выбрали себе заранее место для стоянки - Анса Роккапина. Сказочно красивое место. Скальные стенки, в глубине пляж. Дно песчаное и поэтому вода нереально голубого цвета. Со стороны когда смотришь на лодку, то на дне видна её тень и кажется, что она парит в воздухе.

Берега Корсики практически на всей протяжённости украшены древними генуэзскими сторожевыми башнями. Мы постоянно их видим, они описаны в лоции и являются хорошими ориентирами. Здесь как раз на верху одна из них. Вся команда изъявила желание осмотреть объект древней культуры. На тузике высадились на берег и стали карабкаться на гору козьими, едва заметными тропами, пробираясь сквозь чащу очень колючих кустарников. Сама башня стоит на верху скального выступа. Тут тропинка кончилась и пришлось уже применять элементы скалолазания. Мы лезли по расщелине среди кактусов и думали о том, что спускаться будет сложнее, чем карабкаться наверх. Однако, когда довольные собой вылезли к площадке у башни, то обнаружили, что с другой стороны к ней ведёт хорошо натоптанная пологая тропа а и здесь полно народу.

Вход в башню для безопасности замурован, так как свод кое где обвалился, но вид отсюда сказочный. Вдаль уходят зелёные горы с белыми скальными выходами и синее море. Внизу бирюзовая бухта с разбросанными по ней яхтами. Вон там видна и наша белая лодочка.

Спустившись вниз мы накупались и нанырялись до одурения. Я снова безуспешно пытался гоняться за рыбой с острогой, но даже медлительные, на первый взгляд, бычки запросто от меня сбегали. А ведь на пляже мы видели мужика с подводным ружъём и вязанкой рыбы. Надо было купить подводное ружьё. Ничего не добыв я сам оказался жертвой – два раза наткнулся на невзрачную коричневую медузу и сильно обжёгся. На плече, животе и ногах вздулись волдыри.

Но всё равно, замечательная бухта. И ночью было очень спокойно, никакой болтанки. Утрам даже жалко было уходить, но нашим гостям пора уезжать и нужно идти в Бонифаччио. Это совсем недалеко, примерно 18 миль. Сам переход ничем не примечательный, запомнился лишь заход в порт. Я высматривал ориентиры описанные в лоции, но никак не мог разглядеть, где в этой вертикальной белой стене проход. Если бы не лодки, постоянно заходящие и выходящие, то пока не окажешся совсем рядом не разглядишь. Это прямо каньон, фиорд с белыми стенами.

Сам порт не очень большой и забит до отказа. Движение, как на автостраде – яхты, катера, прогулочные суда в большом количестве снуют по не очень широкой акватории. Стараюсь держаться скраю и иду на минимальном ходу в нерешительности. К счастью подходит на моторке служащий порта и показывает на свободное место у понтона. Сами мы туда никогда бы не стали швартоваться, так как на нём написано - «Резерв капитанерии». Быстро бегу в контору и без проблем оформляю стоянку на три дня.

Много нужно сделать. Кроме стирки и организации отъезда гостей ещё нужно отремонтироваться. Кроме злополучного вантпутенса я заметил, ещё после инцидента на острове Поркероль, что носовая оковка (к которой штаг крепится) вроде бы слегка задралась. При последней швартовке мы слегка коснулись понтона якорем и теперь она задралась явно и очень сильно. Так ведь и мачта рухнет.

Оказалось, что найти сварку в Бонифаччио невозможно, поэтому ремонт крепления ванты откладывается, но оковку крепить нужно. Я зафиксировал мачту двумя фалами и отцепил форштаг. Снаружи оковки видны только три самореза сверху, я их выкрутил, но она не снималась – болталась сильно, но не снималась. Ни снаружи не изнутри корпуса никаких креплений не видно, как она держится – непонятно. Пришлось применить грубую силу, и когда железяка оказалась у меня в руках и я понял, как она крепилась, даже удивился, как это она простояла 40 лет и не отвалилась. Всё держалось на короткой поперечной шпильке залитой в пластик. Развороченный нос я зашпаклевал эпоксидкой с резанным стекловолокном, вклеил обратно оковку на прокладке из стеклоткани для лучшего прилегания и, просверлив два сквозных отверстия в форштевне, закрепил её двумя сквозными болтами на 8. Загерметизировав всё по периметру, через отверстия от саморезов влил ещё смолы, чтобы заполнить все пустоты и неприлегания. Всё! Кажется ремонт удался. Можно бы ещё и третий болт добавить, но в любом случае сейчас уже прочней чем было.

Сделал дело – гуляй смело. Теперь можно и наслаждаться природными красотами и культурными ценностями. Про Бонифаччио многие уже рассказывали и я присоединяюсь к ним и подтверждаю – Да. Действительно красиво. Крутые улочки города-крепости, отвесные белые скалы, посмотреть стоит. Если бы ещё цены были бы более демократичные, было бы совсем хорошо.

Однако половине нашей команды пора уезжать. Рано утром мы проводили их на автобус и распрощались. Инна и Репа отправились в Бастию, где сядут на паром до Ливорно, а мы с Мариной остались вдвоём.

Здесь в Бонифаччио у нас произошла интересная встреча. Ещё в первый день к нашему понтону с торца пришвартовалась Бавария 34 под британским флагом.. Молодой парень и девушка хотели заправиться водой и я одолжил им переходник для подключения к колонке. Мы ломали язык английским, пока из лодки не вылезла Марина и не заговорила по русски. Выяснилось, что они тоже русские. Мест в порту больше небыло, но проявив настойчивость они всё-таки добились стоянки на два дня. Познакомились поближе. Ребята сказали что живут на лодке уже пол года, стояли в Черногории а сейчас идут на Майорку. Марина конечно в своей тарелке, сразу завязала знакомство и болтала о чём то без умолку. Но и мне интересно было, когда встречаешь людей, которые добились чего-то о чём сам мечтаешь, естественное желание узнать, как у них это получается, по возможности на себя примерить. Тем более что Марина сказала, что наш новый знакомый вроде знает простой способ, как заиметь лодку побольше и даже готов поделиться сокровенным знанием. Они пригласили нас вечером зайти в гости и захватить компьютер, чтобы скинуть на него «информацию». Честно говоря я был заинтригован.

Вечером мы пошли на соседний понтон и постучались по палубе новенькой «Баварии». Внутри было так просторно, что чуть не поколебалась моя приверженность к классическим лодкам. Однако когда стали беседовать о делах мореходных, шкипер признал, что их лодка на волнах иногда хлопает днищем так, что становится страшно. Моя вера в классику была восстановлена. Тем временем таинственная «информация» с помощью флэшки перекачивалась в наш комп и по ходу дела начались пояснения. Наши знакомые оказалось нешуточно увлекаются йогой. И не только ноги по разному заплетают, но в смысле духовном и развития сознания уже на такой уровень продвинулись, что нам вскоре как-то неуютно стало. Пояснения постепенно превратились в проповедь. От молодого человека исходила какая-то фанатическая уверенность, и хотя он вроде не вербовал нас ни в какую секту, у него был открытый взгляд и, похоже, нам он желал только добра, захотелось поскорее вернуться к себе. Улучив момент, Марина сказала что ждёт звонка от девочек, а телефон остался в лодке. Мы торопливо откланялись.

Среди обретённой информации было множество специфических, непонятных мне йоговсих вещей, музыка для медитации (кое что Марина списала себе для сеансов массажа) и ещё фильмы, среди которых «Большой секрет» - инструкция как обрести большую лодку или вообще что захочешь, даже миллион долларов. В двух словах секрет заключается в том, чтобы что-то заиметь, нужно этого очень сильно захотеть. Мечтать об этом, говорить, думать, представлять себе объект вожделения, смотреть на его изображение, стараться ощущать себя так, словно у тебя это уже есть, и тогда всё у тебя будет. Короче говоря, нужно посылать во вселенную сигналы. Не знаю, кто там во вселенной эти сигналы принимает и обрабатывает, но идея не совсем абсурдна. Ведь чем больше думешь над задачкой или проблемой, тем быстрее её решаешь. Мне и раньше доводилось слышать утверждение, что мысль материальна. Поэтому о неприятностях лучше много не думать, чтобы не притягивать их. Я хоть и законченный атеист, но не лишён некоторых суеверий. Кто его знает...

За стоянку у нас был оплачен ещё день. Марина занялась стиркой а я отремонтировал ветровой авторулевой. Сломал я его в самом начале по глупости. Когда настраивал, повернул флюгер рукой вниз, рулевой рычаг пошёл в сторону и зажал мне руку. Я же, вместо того чтобы отпустить флюгер, продолжал держаться за него и пытался освободиться. К счастью сломалось деревянное перо, а рука потом опухла и болела ещё несколько дней. Теперь когда мы вдвоём, авторулевой просто необходим. Я выпилил для него новое перо из фанеры десятки. Ещё я утопил грузик- противовес флюгера. Вместо него примотал скотчем несколько болтов.

Восемнадцатого числа мы закупили немного продуктов, залили в бак солярки и отправились обратно на север вдоль того же берега Корсики. Марина хотела вернуться домой к августу, потому что второго числа приедут дочки. Чтобы идти на Балеары нужно больше времени.

Ветер как обычно встречных румбов, северо-западный, но идти можно. Под полным гротом и генуей, с небольшим креном делаем четыре пять узлов. Рулит железный рулевой, жена читает детектив, я тоже взял книжку и устроился на рубке – красота. Так одним галсом, одним курсом мы и прошли весь день. Остановиться решили пораньше. Я полистал лоцию и выбрал бухту Скольё Бьянко, что означает - белая скала. Бухта не очень закрытая, но погода стоит хорошая и метео на ближайшие пять дней обещает слабые ветра. Мы стали делать поворот и тут замешкались с отдачей шкота генуи. Она зацепилась задней шкаториной за краспицу и оторвала метра три ленты.

Потолкавшись по бухте туда-сюда, бросили якорь подальше от соседей, почти у самого входа. Я всё никак не могу оценить, каково будет наше положение, когда натянется цепь. И ещё, когда даю задний ход, чтобы нагрузить якорь, нас всегда заносит кормой влево, поэтому стараюсь держаться подальше от других лодок. Светлого времени было ещё достаточно. Я снова пытался охотиться на морскую фауну, но кроме морских ежей никто меня к себе близко не подпускал. Не торопясь приготовили ужин, поели. Съездили на берег. Я бродил с фотоаппаратом, Марина лежала в тёплой воде мелкой заводи. И ещё осталось светлого времени для ремонта генуи. Конечно всю шкаторину до темна я пришить не успел, оставил на утро.

Утром – полный штиль. Мы ждали дневного бриза, но я уже закончил ремонт, а воздух по прежнему неподвижен. Делать нечего, завели дизель и без особого энтузиазма пошли дальше на север. Впереди нас ожидало плавание вдоль берега, который мы уже прошли недавно. Я листал лоцию, выбирая, куда бы ещё зайти на этом побережье. И тут Марина сказала то, что я не осмеливался ей предложить.

- А давай пойдём на Балеары. Ну и что, что ветра встречные. Во первых штиль, а во вторых солярки у нас полный бак.

- Ну ты сама это сказала. – я с готовностью переложил руль, беря курс на юго-восток.

Вот и пригодилась. Я вытащил самопально распечатанную лоцию Балеар. Она даже не сшита, просто стопка листов. В компе она у меня есть, но предпочитаю читать на бумаге, да и надеяться на компьютер опасно, особенно в море на маленькой яхте.

Получается самый близкий порт – Махон на Менорке, по прямой около двухсот миль. Координаты забиты вGPS, поправляем курс – всё, идём на Балеары. Берег Корсики начинает медленно удаляться. Перидически налетает слабенький ветерок, мы глушим мотор и ставим паруса, но он быстро умирает и снова включаем «железный спинакер». И так много раз.

Вечером справа, слева и позади всё затянуло чёрными тучами. Там сверкают молнии, а у нас по прежнему зеркальное море и штиль. Так как ветра нет, приходится рулить самим, электрического автопилота нет. Мы долго сидим вместе в кокпите, смотрим на садящееся в облака солнце. Слева остался мыс Сардинии. Марина спать не идёт, устраивается здесь же на банке, долго болтаем, но в конце концов сон начинает накрывать и я убеждаю её уйти в каюту и поспать как следует, ведь один я тоже всю ночь не выстою.

Ветер подул ночью. Я сразу же заглушил мотор и довольный наблюдаю на мониторе GPS как медленно увеличивается цифра обозначающая скорость. Три, потом три с половиной, четыре узла. В бейдевинд это практически максимум. В четыре бужу Марину. Теперь рулить не надо, правит железный рулевой. Достаточно следить за курсом по GPS да почаще высовываться из каюты и осматривать горизонт. Хотя я уже часа три не видел ни одного огонька. В каюте тепло, слышен плеск воды за тонкой обшивкой. Засыпаю моментально.

Утро, семь часов. Уже светло. Ветер довольно свежий. Завтракая уже приходится держать всё в руках, крен увеличился. Потихоньку ветер становится всё сильнее и начинает поднимать волну. Ничего страшного, беру одну полку рифов на гроте. Через пол часа пришлось взять ещё одну и слегка закрутить геную. Ещё через пол часа ещё...

К одиннадцати часам у нас остался лишь глухо зарифлёный грот и треугольник от генуи, сантиметров в шестьдесят. Волны выросли, там и тут появились ярко белые гребешки. Курс к ветру, крутой бейдевинд, на порывах крен превышает 30...35 градусов. Я достал анемометр, замерил ветер – семь баллов. Волна в правую скулу, скорость по GPS три с половиной узла. Против волны сильно не разгонишься. Пробовал увалиться, при этом скорость сильно возрастает, но волна тогда приходится прямо в борт. Лодка всходит на валы хорошо, хотя частенько приближающаяся водяная гора вызывает у меня сомнения, как то мы на неё заберёмся. Но нет, старушка скрепя переборками забирается раз за разом на самый верх, чтобы потом провалиться во впадину. Я пытаюсь фотографировать волны, но из этого мало что выходит. Фото не передаёт и десятой доли ощущения, да и фотоаппарат можно промочить, частенько шальной гребень ударяет в скулу и вода летит через рубку.

Марина слегла. И это не морская болезнь. У неё болит голова. Болит она очень часто – последствия травм в спортивной юности. А погода тем временем ухудшилась. Нужно просто ложиться в дрейф, мы почти лежим на боку. Цепляясь мёртвой хваткой за что попадётся я лезу к мачте убирать грот. У нас есть обвязки, но они под койкой в гробике а сверху навалена куча барахла, достать оттуда что либо при такой болтанке сложно. Страшно. Я прекрасно понимаю, если упаду за борт, шансов не будет никаких.

Мы оба лежим в каюте. Марина пытается заснуть, а я просто потому, что положение лёжа самое устойчивое. Паруса убраны, но мы продолжаем идти в бейдевинд под углом шестьдесят семьдесят градусов к ветру со скоростью три узла. Тот самый треугольник от генуи, который остался лишь потому что закручивали при сильной нагрузке и просто не хватило верёвки на барабане, тащит нас вперёд и мы лишь слегка отклоняемся от нашего курса к югу. Я всё реже выглядываю наружу, потому что горизонта как такового не видно, вокруг толпятся страшные водяные горы, и волна всё чаще накрывает нас сверху. Тогда, даже через закрытый люк внутрь льётся поток воды. Появились первые течи. Марине под бок из шкафчиков подтекает вода, я меняюсь с ней местами. Дальше хуже – откуда то из носовой каюты слышу плеск. Иду посмотреть. Ужас! На носовой койке у подветренного борта плещется вода. Откуда!!? Присматриваюсь и вижу маленькие струйки из под дверцы закрывающей проём в якорный ящик. Открываю её и на меня выливается поток воды. Я сразу понял в чём дело. Якорный канат на дне ящика перекрыл дренажное отверстие и вода попадающая туда, вместо того чтобы сливаться в трюм теперь льётся в носовую каюту. Эвакуирую всё что можно, и главное компьютер, в гробик, это, как оказалось, на яхте самое сухое место.

Но и это не всё. Спустя какое то время слышу плеск воды прямо под собой, вода плещется по полу каюты. Открываю лючок трюмного колодца – полон. На электрическом щите горит красный огонёк, значит помпа должна работать, но она не работает. Чертыхаясь лезу в кокпит к ручному насосу, вставляю ручку и с остервенением качаю. Но и здесь что-то не так, слышен характерный звук, где то подсасывается воздух. Возвращаюсь вниз и как в во времена байдарочных походов отчёрпываю воду глубокой миской, сливая её в раковину. И поскольку через якорный ящик вода поступает регулярно, теперь раз в час приходится её отчерпывать вручную.

Наступила ночь, ветер кажется ещё усилился. По волнам пошли пенные полосы. Но лодка держится. Скрипит, вибрирует но продолжает раз за разом взбираться на волну. Я лежу на койке мокрый и внимательно прислушиваюсь ко всем этим скрипам, стукам и всплескам. Иногда мы врезаемся носом в вал и на носу постукивает якорь, переборка скрипит на каждой волне. Я думаю о ванте, которая держится на мочке за крепление стойки леера и о том, что на носу остался привязанным мешок с генакером. Возможно его уже смыло. В голове вертятся строчки из песенки Визбора:


...с морем борется гудящим

пароход мой, как Антей

переборками скрипящий

как большой и старый ящик

и отчасти состоящий

из несломанных частей...


И ещё одна поломка – снова сломалось перо ветрового рулевого. Креплю румпель в положении на ветер и лодка держит курс, лишь изредка уваливаясь на особо крутой волне.

Каюту освещает лишь монитор GPS, расстояние до спасительного порта медленно, но верно сокращается. Ну хоть с электричеством у нас проблем нет. Ветрогенератор крутится как бешеный и батареи я не зря закрепил, даже при оверкиле они из своих ячеек не вывалятся (стук-стук-стук по дереву). Терпение..., когда то это должно кончиться.

Много о чём думалось этой ночью глядя в окошко на этот катаклизм. А не переоценил ли я свои силы и возможности старенькой лодки? Вон лежит жена, видно что ей плохо, хоть она и спит. Что-то она мне скажет, когда мы доберёмся до твёрдой суши? Я не минуты не сомневался что мы выберемся живыми и здоровыми, хотя и было страшно.

И наступило следующее утро, потом день, вечер и опять ночь. Но ничего не меняется, так же завывает ветер, такой же хаос волн вокруг. Теперь наружу выхожу совсем редко. Питаюсь колбасой и чаем с карамельками. Хлеб я неосторожно положил у плиты и он намок когда в очередной раз потекло через люк. Марина лежит уже второй день и ничего не ест. С руганью заставляю её встать и проглотить чашку супа из пакета. Периодически в лодку ударяет большая волна, останавливая и пригибая мачтами к воде. Марина сидела на подветренной койке, когда особенно мощный удар сотряс корпус. Хлынула вода, из гробика с противоположного борта к ней на колени прилетела сумка от компа а с полки бинокль. – Иллюминатор! – закричала она. Я метнулся к стеклу. Фу-у! На месте. Мы как то говорили о том, что окна в рубке у нас очень большие и в шторм могут быть слабым местом. Но нет, это просто сдвижной люк воду не держит. И хорошо что биноклем не по голове.

Кажется конца этому не будет. Когда только начало штормить я поставил стрелочку ориентир на барометре и теперь постоянно поглядываю, не меняется ли давление. Только на исходе третьей ночи стрелка слегка стронулась вправо. Ветер всё ещё бушует, но вроде стал потише, или это только кажется..? К утру стрелка сдвинулась ещё чуть чуть и уже явно ветер стал слабеть, исчезли пенные дорожки на воде, волны стали ниже.

Всё кончается, и плохое тоже. В девять часов утра мы уже несли все паруса. Впервые за три дня увидели судно – большой белый паром, а когда уже показался берег Менорки – первые яхты. Две или три шли встречным курсом, наверное на Корсику или Сардинию. Поперечным курсом проплыл одинокий дельфин.

Тут обнаружилась ещё одна неприятность, один из шкотов геннакера угодил в воду и намотался на винт. Мотор завести нельзя. Пришлось останавливаться и нырять. К счастью распутывается всё достаточно быстро и легко. Вот только нырять под пляшущей на волнах лодкой нужно очень осторожно, можно получить по голове.

Шторм прошёл, словно и не было, последние десять миль шли уже под мотором, так как ветра не стало совсем. Порт Махон расположен в глубоко врезанном в сушу заливе и доступен в любую погоду при ветрах любых румбов (так говорит лоция). Хотя вход в него издалека разглядеть трудно, но туда постоянно кто-то заходит или выходит, поэтому и без GPS видно куда идти. В самом заливе полно бухточек где стоят на якорях, но мы направляемся вглубь, в марину, нам нужна цивилизация – душ, туалет, пресная вода, чтобы смыть соль которой всё пропиталось за три дня. По берегам залива к воде сбегают белые домики с черепичными крышами, на правом берегу форт и военно- морская база, слева на скале тоже крепость. В самом конце залива скопление мачт. Мы медленно заползаем в эту гущу и швартуемся на первое же свободное место у понтона. Стоянка довольно цивильная, вход на понтон закрыт калиткой, обойти которую проблемно. Контора правда находится в вагончике. Поскольку нам нужен всего один день, нас оставляют на том месте где мы встали. Судя по деньгам, что с меня здесь взяли, Сан Тропе был просто третьесортным захолустьем - 52 евро за ночь за лодку 30 футов.

Марина устроила постирушку, а вернее полоскание всего, включая матрасы. Мы просто свалили все мокрые солёные вещи в кокпит и поливали их пресной водой. Через час вся лодка, леера, релинги, верёвки протянутые между мачтой и штагом, всё было завешено мокрыми шмотками.

Я вытащил трюмный насос. Всё оказалось очень банально: откуда то из недр лодки водой нанесло каких то волокон, которые намотались на крыльчатку. Короче сгорел насос. А ручной подсасывает воздух. Прежний хозяин нагородил тут кучу переходников и хомутиков. Я проверял его раньше, всё работало, но лопнул отрезок двухдюймового шланга и заменить его нечем.

Два мужика, соседи по стоянке, стоят у нашей лодки и что-то обсуждают. Подошёл, поздоровался, оказалось итальянцы.

- Что это за лодка? – спрашивают – Рейнджер?

- Нет. Это Контест.

- Что, попали в непогоду?

- Да уж, попали. – здесь в тихом порту уже и не верится, что всего несколько часов назад нас швыряло как щепку.

Мы сходили в душ, переоделись в цивильное и отправились в город. Город вытянут вдоль залива, народу много но толчеи нет. Полно ресторанов на все вкусы. Тут мы не устояли перед искушением и пошли поесть рыбки, раз сами поймать не можем. Ну и своё первое крещение штормом нужно было отпраздновать.

Бродили допоздна по средневековым улочкам. Позвонили дочкам. Марина всегда рассказывает не очень последовательно, а тут такая тема... Эмоций много, но понять ничего нельзя. Сказал детям, чтобы все рассказанные ужасы делили на три, но впрочем всё равно останется не мало. Ночью не верилось что спим на лодке, вода неподвижна как суша.

На следующий день пополнили запасы продуктов, заправили воды и в полдень ушли. Ветер по прогнозу слабый и опять встречный. Лоция говорит, что южный берег Менорки не богат укрытиями и поэтому при южных штормах потенциально опасен. Ветер хоть и был западный и не сильный, но в открытой бухте, куда мы встали на ночь, болтало очень сильно. Там стояла всего ещё одна яхта, потом подошла третья, с большой компанией на борту. Они сделали два захода, бросили якорь, потом выбрали его, сделали ещё заход, снова бросили и снова выбрали. Потом спустили тузик на воду, бросили в него ласты, но те упали в воду. Потом мужик и женщина искали ласты, кружа по всей бухте на тузике, но так и не нашли, тем временем яхта тоже кружила по бухте. В конце концов все поднялись на борт, подняли тендер и ушли. Что это было?

Утром встали очень рано. Изматывающая качка, бортовая и килевая просто не давала спать. Под утро ещё в шкафчиках начало что-то стучать. Даже не позавтракав, выбрали якорь и взяли курс на Майорку, на Порто Кристо, лучше на ходу позавтракать, под парусами не так качает.

Вот удивительный у нас круиз, куда мы ни направляемся, всё время в бейдевинд. Конечно, маршрут мы заранее не планировали, но, по моему, если такое специально задумать, то вряд ли получится. На этот раз выйти прямо к порту не получилось и около шести миль вдоль берега пришлось идти под мотором. Уже была видна полосатая башня у входа в порт, когда неожиданно подул сильный ветер и поднял не высокие, но очень злые короткие волны. Лодка не всходит на них, они просто разбиваются о борт и обдают всё брызгами, к тому же это не регулярные волны, которые идут рядами одна за одной а хаотичная толчея, видимо они отражаются от скал уходящих вертикально в воду.

Порто Кристо порт не очень большой, но хорошо защищённый, внутри волнения совсем нет. Мы, как всегда, высматривали свободное место в марине, когда мужик на понтоне знаком показал нам на бетонную стенку набережной. Там стояли яхты, были свободные места и красовалась табличка «Транзит».

Мы встали рядом с лодкой под английским флагом. На носу старушка (именно старушка, а не пожилая женщина) деловито стирала бельё. В палубе на баке у них углубление и она использовала его как корыто. Капитан, видимо её супруг, тоже преклонных лет в кокпите читал газету. Не знаю что это за лодка, но не из тех близнецов мыльниц что теперь видишь повсюду. Чуть больше нашей, шире, но мачта такой же высоты. Особого лоска нет, лодка тоже в возрасте, но всякая вещь на своём месте. Видно, что экипаж бывалый, от них просто исходит уверенность. Посмотрев на них Марина произнесла задумчиво – Да..., это обнадёживает. У нас время ещё есть.

С другой стороны недалеко от нас стояла большая блестящая моторная яхта. Притягивает всё-таки людей роскошь, из кокпита я наблюдал как гуляющие по набережной компании частенько фотографируются на её фоне. Мы и сами в Сан Тропе делали то же самое. Но одно семейство с детьми предпочло увековечиться на фоне нашей скромной лодочки. Всё таки и наша старушка не лишена шарма, скажу честно – было приятно.

Причальная стенка оказалась муниципальной собственностью. Здесь также была вода, электричество, нам так же выдали ключи от душа и туалета, но денег взяли всего 20 евро. Весёлый парень в конторе объяснил, что в любом другом муниципальном порту, список которых был на квитанции, достаточно указать код имеющийся на ней же и не надо будет заполнять бланки, всё внесено в компьютер.

В Порто Кристо очень симпатичный пляж и набережная. И всё. Весь городок за пол часа можно обойти вдоль, поперёк и по диагонали. Вечером поужинали в ресторане, заказали паэлью. Я долго объяснял Марине, что это просто испанский плов, но она очень хотела попробовать.

На следующий день сначала был штиль, потом встречный ветер, потом, когда наконец обогнули мыс Пунта Салинас пошли в пол ветра. Так как шли вдоль берега, на плоттер я особо не смотрел, просто рулил от мыса до мыса. Над морем стояла плотная дымка и в результате чуть не ушёл за остров Кабрера, приняв его за очередной мыс. Когда же пришло время выбирать где остановиться, мы решили идти прямиком до Пальмы, оставались какие то пятнадцать миль а море снова стало как стекло.

Ночью в порт мы ещё не разу не заходили, и тогда я ещё не знал, что это станет чуть ли не нашим хобби. Впереди россыпи огней, в бинокль пытаюсь отыскать среди них красненькие и зелёные. На рейде стоят большие сухогрузы, каждый из которых сам светится как небольшой посёлок. Идём по GPS и эта фантастическая штука точно выводит нас в нужную точку. Вот они огни.

Порт огромный, на минимальных оборотах идём посреди целого леса из мачт всё дальше углубляясь в этот самый лес. Сотни, тысячи яхт, большие и маленькие, большие парусники, и моторные яхты. Однако соваться в темноте к понтонам не рискуем. Вот, кажется заправка. Длинная бетонная стенка и совсем пустая, лишь рыбаки с удочками стоят несмотря на поздний час. Вспугнув двоих из них, швартуемся левым бортом.

Стенка оказалась рыбацким молом. Напротив, освещённый прожекторами, светится большой собор с острыми шпилями. Мы в Пальма де Майорка! Ужинаем и идём на разведку, осмотреть окрестности. Город оправдывает название, кругом растут пальмы. Множество марин. По другую сторону от рыбацкого мола расположен королевский яхт клуб. Мы решили переночевать там где встали. Ведь уже поздно и к тому же пятница, вряд ли кто то ещё будет в ближайшее время претендовать на занятое нами место.

Лоция предупреждает, что в Пальме в сезон найти место в марине практически невозможно, а сейчас ещё проходит какая то регата. Но в первой же марине, куда я зашёл, места были. Мужик в конторе оказался итальянцем, мы поболтали о том о сём. Я сказал, что мы собираемся уходить завтра вечером и заплатил за один день, так ночёвка у рыбацкого мола сэкономила нам больше пятидесяти евро.

День в Пальма де Майорка выдался очень тяжёлым. Мы решили, как подобает туристам, не бездельничать а осмотреть местные достопримечательности и отправились в город. По всему городу курсируют красные двухэтажные туристские автобусы с открытой верхней палубой. Билет действителен 24 часа и можно выходить заходить когда захочется. Мы проехали весь маршрут, побродили по крепости, пофотографировали. Но не зря в жарких странах придумали сиесту. После нескольких часов под палящим солнцем уже ничего не хотелось смотреть, только принять прохладный душ, растянуться на койке и выпить чего-нибудь холодного. Что мы и сделали, как только закончили экскурсию.

В очередной раз вышли в город вечером, когда спала жара. На этот раз пошли в ресторан отведать омаров.

Половина следующего дня ушла на поход в торговый центр, а после обеда у нас уже стали вежливо интересоваться, когда мы уходим, а то ведь ещё за день надо будет доплатить. Мы заверили, что уже почти ушли и стали собираться. Следующий переход был намечен до Барселоны.

Вышли в шесть часов. Почти одновременно с нами пошёл в море большой кеч под старину, и мы долго шли за ним под мотором постепенно отставая, пока на закате он не повернул к берегу, мы же пошли дальше.

После восьми часов подул ветерок и мы подняли паруса, а так, как подуло с юга, подняли геннакер. Быстро стемнело, ветерок крепчал и лодка побежала очень резво. Я рулил, Марина была чем то занята в каюте, когда налетел сильный порыв ветра. Геннакер поймав его всей своей площадью резко нагнул мачту к воде. Я попытался отдать шкот, но он перехлестнулся на лебёдке, никак не получалось. Тогда, чтобы сбросить ветер, я инстинктивно стал приводиться. Ох, нельзя было этого делать. Геннакер зацепил краспицу, которая недавно оторвала мне заднюю шкаторину от генуи и просто лопнул как мыльный пузырь. В темноте я видел только белое пятно неясных очертаний, но понял – геннакера у нас уже нет.

- Что там такое!? – закричала из каюты Марина.

- Ничего. Уже ничего. – я пошёл убирать в мешок трепыхающиеся на ветру лохмотья.

Прошли совсем рядом остров Драгонера на западной оконечности Майорки и взяли курс на север, на Барселону. На острове с равномерными интервалами вспыхивал маяк, мы уходили в черноту открытого моря а ветер всё усиливался. Я снова начал рифить паруса, замаячила перспектива повторения сценария перехода на Менорку.

- Тебе не страшно? – спросила Марина.

- С чего это? – ответил я как можно более равнодушно.

К счастью шторм не разыгрался, но вот мистика – когда мы были милях в пяти от Майорки, ветер вдруг утих и, спустя некоторое время, подул уже с северо востока. Опять бейдевинд. Хорошо хоть не с севера - нашего лавировочного угла хватало, чтобы идти точно на Барселону. Дуло ровно и не очень сильно. На гроте одна полка рифов и полная генуя, волна невысокая. Я отправил Марину спать, сварил термос кофе, достал радиоприёмник и наушники. Рулил, отремонтированный в который раз, железный рулевой, а я устроился на крыше рубки, свесив ноги в люк, слушал музыку, смотрел на яркие звёзды и был счастлив.

Ночь прошла очень спокойно. Суда проходили часто, но достаточно далеко, попутными или встречными курсами. Утром ничего не изменилось, может ветер только стал чуть сильнее. На борту всё шло своим чередом: готовили, немного убирались, я листал лоцию, потом устроившись на палубе читали книжки, поглядывая изредка вокруг присматривая за проходящими судами и надеясь увидеть дельфинов или китов. Но никакой живности не было видно.

Очередной раз окинув окрестности взглядом я заметил, как в небе промелькнуло что-то тёмное. Присмотревшись увидел как с кормы на нас заходит какая то птица. Ёлки палки! Да это же голубь. Обычный сизарь, из тех что тусутся стаями в городах, здесь, посреди моря. Я глянул на GPS, до ближайшей суши пятьдесят миль. Голубь сделал попытку сесть на краспицу, но его стряхнуло и он ушёл на другой заход. Словно истребитель на авианосец зашёл снова с кормы и плюхнулся на палубу за рубкой, прямо в ноги к дрыхнувшей там в тени грота Марине.

- Эй дорогая! У нас гости.

- Где? Что? – Она шевельнула ногами и голубь снова поднялся в воздух.

Очередной раз описав круг он сел на цепочку на кормовом релинге и сидел там удерживая шаткое равновесие. Вид у него был потрёпаный. Намучался бедолага. Стараясь не вспугнуть я накидал ему на корму хлеба, но тот так и продолжал сидеть на цепи.

Около часа сидел нашь гость почти не шевелясь и казалось уже привык к нашим перемещениям, но, когда я в очередной раз выходил из каюты, он вдруг сорвался в воздух и улетел. Жалко если погиб. Уж очень у него вид был замученный.

Снова ночной заход в порт, но здесь это не сложно. Порт большой и вход рассчитан на большие суда. Лоция у меня не совсем свежая и в ней написано, что мол порта удлинняется и строится новый вход в яхтенный порт. То что мол стал длиннее было заметно сразу, а вот огней нового входа мы не разглядели и пошли старым. Вокруг какие-то промышленные строения, суда под погрузкой и разгрузкой. Работа не прекращается и ночью. А дальше самое интересное – мост. В лоции он описан, указана высота пролёта 18 метров. На самом мосту вижу подтверждение – надпись «18М». Но я готов поклясться, что мы не проходим, что мост минимум на метр ниже нашей мачты. Но наша мачта не может быть 18 метров. Останавливаемся в метре от моста. С замиранием сердца по миллиметру двигаюсь вперёд, Марина неотрывно смотрит на топ. И вот чудо, мы под мостом и остаётся ещё пространство и не мало. С облегчением даю оборотов дизелю и тут же видим справа тот самый новый вход. Если бы зашли здесь, избежали бы этого стресса.

Как обычно становимся на свободное место. Для порядка иду искать кого-нибудь из портового персонала, хотя кто тут будет в такое время. Но нет, охранник не дремлет. Он вызвал служащего и через несколько минут подходит моторка. Нас переставляют на другое место и выдают под залог магнитную карточку для открывания калитки и туалетов. Не смотря на поздний (или уже ранний) час отправляемся в душ.

Марина расположена практически в городе. Выходишь за ворота и сразу попадаешь в людской поток. Бредём по городу наугад, но в конце концов попадаем на улицу Рамбла с её толпами народа и живыми скульптурами. Я просто поражаюсь выносливости этих ребят стоящих целыми днями на жаре в своих невероятных костюмах, часто ещё и с раскрашенными лицами.Я был в Барселоне года три назад, так же пошёл гулять наугад и тоже оказался здесь. Случайно забредаем на рынок. Цены на фрукты радуют глаз и сердце. После Корсики и Балеар это просто даром. Я от души наедаюсь ананасов и накупаем фруктов с собой.

Жарко. Очень жарко. В такую жару быть туристом – тяжёлая работа, требующая незаурядного здоровья. Самое лучшее, что приходит в голову – облиться водой из шланга и упасть в каюте с книжкой. По городу лучше гулять вечером.

Два дня в Барселоне прошли незаметно и мы идём дальше. Торопимся, а ветра совсем нет. Изредка ловим слабенькие порывы, но в основном под мотором. В очередной порт с труднопроизносимым названием San Feliude Guixols (честно говоря я совсем не знаю как оно произносится), заходили опять ночью, но уже при сильном ветре. Ночёвка с одиннадцати до восьми утра обошлась опять в полтинник.

Наутро свежий ветер. Идея была пойти прямиком через Лионский залив на Тулон, но на этот раз дует точно с того направления куда нам нужно идти, хотя метео обещал галфвинд. Мы закладываем длинный галс в море, но по мере того как удаляется берег волны становятся всё выше и ветер крепчает. Крутим поворот и идём в Лионский залив. Уже к вечеру подходим к мысу Пунта Фальконера. Ветер разошёлся не на шутку и начинает темнеть Решаем укрыться в заливе Роз. По мере углубления в залив всё стихает и кажется, что ветер совсем утих. Заходим в порт Roses и встаём у заправки. Заодно заправляемся под завязку. Думали перекантоваться здесь до рассвета и уйти, но недремлющая охрана поставила перед выбором: платите или уходите. Жалко было за несколько часов стоянки отдавать полтинник и мы решили уйти. Можно было правда встать у стенки снаружи порта, там стояли другие яхты, но идея проделать часть пути ночью уже завладела умом. Самочувствие бодрое, ветра кажется совсем нет, горючего под завязку. Отправляю Марину спать и в приятном расположении духа направляю лодку к выходу из залива.

Стараюсь держаться на безопасном расстоянии от берега, но и не удаляться далеко. Но по мере того как выхожу из под прикрытия мыса ветер снова усиливается. Оказывается он и не думал утихать, просто высокий берег хорошо от него защищает. Хотя направление он поменял и теперь дует точно с севера. Короткая встречная волна разбивается о форштевень и хоть не болтает, но брызги каскадами летят через рубку. Чтобы не вымокнуть окончательно сажусь на дно кокпита на тёплый люк мотора и рулю по звёздам за кормой, лишь изредка выглядывая из за рубки. Впереди, уже кажется совсем недалеко, виден яркий огонь маяка на мысе Кабо Креус. Ветер усиливается и я добавляю оборотов дизелю. Прорвёмся.

Проходит ещё немного времени и скорость падает до двух узлов, маяк кажется совсем не приближается. Тут до меня доходит, что я бессмысленно жгу соляру. Обходить мыс опасно, так как мы окажемся на его наветренной стороне, а если продолжать идти прежним курсом, продвижение ничтожно. Нужно прятаться на этой стороне, но возвращаться назад тоже не хочется. По нашему плоттеру найти укрытие невозможно, так как детальных карт нет. Бужу жену и передаю ей румпель а сам включаю комп. Открываю карту мыса. Вот, кажется хорошая бухта –Cala Guillola. Хорошо закрыта с севера и глубины болшие до самой береговой линии. Снимаю координаты, забиваю в GPS и даю Марине курс. Но прочертив линию на карте, вижу, что он проходит в опасной близости от скалистого островка. Забираем чуть правее и действительно, через несколько минут едва заметные в темноте очертания скалы вырисовываются по левому борту.

Чёрный берег приближается. Сбавляем обороты, лодка медленно движется в полной темноте. Ветер уже намного слабее, мы под прикрытием берега. Марина рулит, я неотрывно смотрю на монитор. Всё, мы посреди бухты. Иду на бак, отвязываю якорь. Постепенно глаза привыкают к темноте и я различаю неясные очертания двух, стоящих на якоре яхт без огней. Прошу Марину взять левей и до рези в глазах всматриваюсь в берег, обороты на минимуме.

- Мы идём на берег. – нервничает Марина.

- Спокойно. Ставь на нейтралку.

Дожидаюсь пока лодка останавливается и отпускаю якорь. Цепь с грохотом устремляется вниз.

- Теперь потихоньку назад.

Выдаю все 20 метров цепи и немного каната. В этом месте бухта узкая и если ветер поменяется, может не хватить места. Нас как всегда развернуло и мы ждём пока ветер выровняет всё в линию. Потом ещё раз рывок дизелем назад и всё. Записываю координаты, чтобы сравнить через некоторое время. Режем колбасу, хлеб и достаём бутылку водки. После такого стресса нужно принять по рюмочке.

Утром убеждаюсь, что даже при свете мы вряд ли встали лучше. Бухта великолепно защищает от северного ветра. Кстати, как там ветер? Пока завтракаем, видим в море яхты проходящие на юг под рифлёными парусами и на север под мотором. Выбираем якорь. Лебёдки у нас нет и процедура это не очень лёгкая. Наверное нужно разориться на ручную лебёдку.

Ветер по прежнему сильный, но не такой как вчера, идти можно. Обойдя Кабо Креус, уваливаемся в сторону берега и разворачиваем геную, но мотор не глушим. При таком направлении ветра хорошо идти напрямик через залив, но ещё свежи воспоминания от перехода на Менорку и мы стараемся держаться недалеко от берега. В лоции Лионского залива говорится, что это самая ветренная акватория Средиземного моря и что Трамонтана, а сейчас как раз она дует, за пол часа может из лёгкого бриза превратиться в ветер ураганной силы. При этом часто яхты не под мотором не под парусами не могут приблизится к берегу из за ветра и короткой крутой волны и в таких случаях рекомендуется уходить на Балеары.

Звонили дочки, они уже приехали и спрашивают когда мы будем дома. На что Марина ответила: - Вы родителей хотите увидеть быстрее или живыми? По скромным расчётам, чтобы обойти залив вдоль берега понадобится ещё дня четыре.

Почти весь день идём под мотором. Ветер чисто северный, временами ослабевает, временами снова набирает силу. На сегодня наметили дойти до порта Leucate, но медленное продвижение утомляет и мы засветло, около пяти вечера, заходим в порт Canet en Roussillon. Кстати, мы снова во Франции.

Городок курортный, но это не Лазурный берег, всё здесь, и рестораны и отели, классом пониже. Хорошие песчаные пляжи а вечером бесконечной длинны рынок, где продают всякие безделушки.

Свежий метео очень обнадёживает, он утверждает, что после мыса Leucate ветер должен поменяться на попутный, то есть на южный.

Утром снова заправились. После мыса ветер действительно немного изменил направление, стал северо западным, но если идти на север, до попутного ещё далеко. Так как дует не очень сильно, мы немного подумали и рискнули идти через залив прямо на Тулон. Если всё пойдёт нормально, уже завтра будем на месте. Берём курс почти строго на восток и уже в бакштаг начинаем быстро удаляться от берега. Остаётся только пожалеть о преждевременной кончине генакера.

Чем дальше в море, тем крепче ветер и выше волны. Постепенно рифимся, но до шторма дело не доходит и поскольку идём в бакштаг, плавание довольно комфортное и скорость больше шести узлов.

Ближе к вечеру, когда солнце начало склоняться к горизонту к нам снова прилетел голубь. Он приземлился на солнечную батарею, долго скользил лапами по стеклу и наконец закрепился на алюминиевой окантовке. Этот был молодой, весь гладкий, перышко к пёрышку, но видимо сильно устал. На лапах у него были кольца, целых три.

- Наверное он пить хочет. – сказала Марина.

Я налил в чашку воды и осторожно поднёс голубю. Тот напился и продолжал сидеть как ни в чём не бывало в полуметре от нас. Наконец, видимо устав балансировать на волнах, перелетел на палубу слева от рубки и там затих. Мы накрошили ему хлеба. Постепенно он перебрался поближе к кокпиту, но не из за того чтобы побыть в компании, просто там на палубе лежала тряпка и он устроился на ней, наверное чтобы лапы не так скользили.

Ветер дул весь день и только к ночи плавно сошёл на нет. Но мы уже проделали большую часть из ста тридцати миль. Теперь и под мотором доберёмся. Видимо это последняя ночь в море. Долго не спали, болтали, пытались петь старые походные песни, но оказалось почти не помним слов. Решили, что надо будет поставить на лодку магнитолу. Потом Марина ушла спать а я на пару с сизарём остался стоять вахту. Голубь, несмотря на то, что у него перед самым клювом двигался шкот генуи, что неожиданно заводился дизель, даже не думал улетать, только косил на меня глазом, когда я освещал его фонариком.

Улетел он утром, незадолго до того как Марина разбудила меня. Обкакал нам палубу и снова полетел в море. Кто знает, что у него на уме.

Над морем плотный туман, совершенно ничего не видно в нескольких метрах, поэтому рыбацкие лодки материализуются совершенно неожиданно. Но мы уже почти дома. Через несколько часов проходим знакомые две скалы у мыса Sicie, остаётся только обогнуть мыс Cepet.

Заходя в залив неожиданно выныриваем из тумана, он остаётся позади лежащим на воде облаком. Радостно, что дошли и грустно, что всё закончилось. Но мы уже строим планы на следующий год. Клянусь, возьмём отпуск на два месяца и пойдём в Грецию.

Дети уже приехали, и уже мне звонили с работы. Мы торопливо подняли лодочку на берег, прибрались и уехали домой, составив длинный список того, что нужно сделать.

Вернулись мы на лодку в декабре, на рождественские праздники. Уже четвёртый год подряд, с тех пор как мы её купили, Рождество и Новый Год празднуем здесь, в порту. Обычно в это время на Лазурном берегу стоит солнечная погода, но в этот раз нам не повезло. Было почти всё время пасмурно, часто шли дожди Пару дней ветер дул особенно неистово. Я как раз заменил старую УКВ радиостанцию и на 63 канале слушал передаваемые непрерывно метеосообщения, предупреждающие о сильном ветре и волнах. Передавали только на французском, но прослушав множество раз, начинаешь улавливать сходство французских слов с итальянскими и английскими и понимать смысл. Когда на следующий день мы поехали в Ла Сейн за продуктами, берег нашей бухты был буквально усеян сорванными c якорей и выброшенными на камни яхтами. Мы насчитали семь или восемь штук. Очень грустное зрелище. Некоторые совсем разбило и из затопленных кают через провалы в бортах выплывали спасжилеты и разное снаряжение. У одной небольшой лежащей на боку яхточки раскрутило ветром и изорвало в клочья геную, другая, отшвартованая носом , билась штевнем о причал и в нём уже зияла приличных размеров дыра. Лежала на камнях и лодка покрупней – Жанну, очень хорошо оснащённая и ухоженная, с солнечными батареями на релингах. Подумалось, что хозяин возможно ещё и не знает, какая печальная участь постигла его любимое судно. Днём по лодке лазали любопытные, а когда через два дня её притащили к нам в марину с полуметровой дырой в днище, батарей уже не было.

То ли от погоды, то ли от чего другого, но атмосфера стояла немного унылая. По Европе и всему миру уже бродил призрак экономического кризиса, близлежащие курортные городки казались безлюдными и в марине людей было меньше чем обычно. Даже обычных фейерверков под Новый Год было очень мало. Несмотря ни на что все задуманные работы мы закончили. Загерметизировали эпоксидной шпаклёвкой стык палубы с корпусом, заменили привальный брус, вантпутенсы и стекло люка, наладили подсветку компаса и отремонтировал койку правого борта. Выгрузив из якорного ящика всю цепь и канат, я обнаружил причину по которой нас заливало в шторм. На дне ящика был аккуратно расстелен треугольник водонепроницаемой ткани, который надёжно закрывал сливной шпигат. Несмотря на это, я всё-таки вклеил над шпигатом что-то вроде решёточки из фанеры, чтобы он уж наверняка не забился канатом. Ещё мы изготовили площадку-бушприт на которой теперь будет лежать якорь и главное, на ней можно будет стоять при швартовке и спрыгивать на причал не перелезая при этом через релинг. Площадку сделали – примерили и убрали внутрь, так как сперва её нужно будет покрасить. Все покрасочные работы оставили на лето, когда будет сухая и солнечная погода. Кстати солнце так замечательно разрушает лак на деревянных поверхностях. Моя гордость, блестящие, лакированные семью слоями полиуретанового лака закладные доски местами вспучились и пошли серыми пятнами. Конечно это не морская фанера, но сдвижной люк, сделанный из той же самой фанеры и покрашенный белой эмалью, в отличном состоянии, хотя на солнце он находится несравнимо большее время, да и расположен горизонтально. На местной свалке я нашёл рулон стеклопластикового ламината покрытого белым гелькоутом и мне пришла идея. Выпилив куски, по возможности без трещин и царапин на гелькоуте, я оклеил им закладные доски. Получилось очень презентабельно и, надеюсь, будет долговечно.

Но вот трюмные насосы восстановить не удалось. Привёл в порядок всасывающий трубопровод ручного насоса и тут же обломил пластмассовый шпигат выпускного. Купил бронзовый такого же размера, но со штуцером большего диаметра. Теперь нужно искать переходник. Электрический же насос (RULE, made in USA) почему-то работал только в ручном режиме. Причём когда срабатывал поплавок, я слышал как щёлкает реле, но мотор не запускался. Со зла я вскрыл его и обнаружил внутри замысловатую плату со множеством паянных элементов. На печатной плате сгорела дорожка соединяющая реле с контактом двигателя. Послав тысячу проклятий на головы американских любителей электроники, делающих из простых вещей сложные, я упаковал насос, чтобы отремонтировать его дома.

2007                    Travel                         2009

Newest Members

Webs Counter