Ветер, море, паруса

Яхты, море, парус, путешествия. Sailing, sea, travelling, cruising

2014-2015. Гамбия - Кабо Верде - Карибы.

1. Гамбия. Возвращение в Африку.

2. Гамбия - Кабо Верде.

3. Кабо Верде.

4. Атлантика.

5. Барбадос.

6. Тобаго

7. Тринидад.


___________________________________________________________________________________________________________

1. Гамбия. Возвращение в Африку.


21.10.14 Гамбия. Ламин Лодж.


Как бы не складывалась ситуация с работой в течении года, когда я собираюсь отправиться в море, независимо от того, за сколько месяцев известил работодателей об отъезде, именно в этот момент работы становится много. Этот раз не стал исключением, не помогли даже купленные за два месяца билеты до Банжула. Билеты в итоге пропали и шеф купил новые за свой счёт. На 10 дней позже запланированной даты мы всё же улетели. Я отказался от всех работ и сказал, что вернусь не раньше, чем через 3 месяца, хотя при нынешней экономической ситуации сделать это было немного страшновато.

При вылете я немного беспокоился, посадят ли нас в самолёт без визы Гамбии, ведь мы летели не в составе группы, но всё прошло на редкость гладко. Не поезда, не самолёты не опаздывали, всё приезжало и улетало по расписанию, про визы никто не спрашивал. По прилёту, в аэропорту Банжула нам всем померяли температуру лазерным термометром, полагаю в связи с эпидемией эболы, и всё. Когда проходили паспортный контроль, пограничник лишь спросил, в каком отеле мы остановимся, я сказал, что жить будем на своей лодке. - Где лодка стоит? - В Ламин Лодж. Он что-то пометил в бумажках и проштамповал паспорта.

Мы вышли со своим барахлом в липкую африканскую жару и попали в толпу добровольных носильщиков. Как не сопротивлялись, они таки отобрали у нас тележку и покатили её так резво, что мы еле поспевали. Они пересекли всю освещённую парковку и стали углубляться в темноту, я даже занервничал, стал кричать им чтобы остановились, но они уже подкатили тележку к такси и водитель уже открыл багажник своего раздолбанного экипажа. Видимо это был «их» таксист.
Прежде чем грузиться, нужно согласовать цену. - Сколько до Ламин Лодж ? - спросил я. - 700 даласи. Вон на щите тарифы. На щите 700 даласи значилось до Серекунды. Я знал, что Серекунда дальше и помнил, что уезжая мы платили за такси всего 300, хотел было поторговаться, но передумал В конце концов 700 даласи это меньше 14 евро, а сейчас глубокая ночь и дорога от Ламин до Ламин Лодж больше подходит для внедорожника. Дали две сотни навязавшимся носильщикам и поехали.

Хорошо, что мы знали наизусть дорогу. За пределами посёлка освещения нет, кромешная тьма, водитель не был уверен, куда ехать. Когда я сказал, наконец, что приехали, он вроде даже сомневался - неужели эти двое собираются выйти и остаться ночью в этом безлюдном месте? Вокруг заросли мангров, баобабы и ни единого огонька.

Машина уехала, мы остались в полной темноте в раздумьях: как попасть на лодку? На наше счастье в эту ночь один чёрный джентельмен не добрался до дома и задремал где-то здесь. Он проснулся и пришёл на шум, почти невидимый в темноте. - Нам бы до лодки добраться. Совсем сонный, он принёс фонарь и мы перетащили вещи на причал. С помощью обрезанной канистры отчерпал воду из пироги, мы погрузили вещи, сели сами. Пирога оказалась очень валкая, сидеть пришлось смирно, по центру банки и шевелиться как можно меньше.

Не смотря на полную темень, лодку нашли сразу, она стояла на том же месте, словно её оставили здесь только вчера, лишь дуга сложенного тента перекошена, так как удерживающие её оттяжки на солнце рассыпались в порошок. На радостях заплатили перевозчику 200 даласи, у него сразу пропало сонное выражение на лице.

Когда возвращаешься на лодку после нескольких месяцев отсутствия, где бы она не стояла, если за ней никто не смотрел, находишь палубу покрытой слоем грязи. На этот же раз лодочка была чистенькой, видно, что Джибрил отмыл её к нашему приезду. Внутри тоже чисто и сухо и даже был свет. Вот мы и снова дома. В шкафчике стоит водочка, колбаску предусмотрительно захватили из Италии. - Ну...! С возвращением!


22.11.2014 Гамбия. Ламин Лодж.

Поспать подольше утром не получилось, взошло солнце, стало невыносимо жарко, да и дел на лодке много. Перед отъездом мы сняли паруса и сетку с лееров и множество верёвок. Марина, как обычно начала перебирать рундуки. И тут нас ждал не очень приятный сюрприз — за наше отсутствие на лодке расплодились тараканы, причём в невероятных количествах. Впервые эти несимпатичные создания появились на борту во время стоянки в Марокко и мы извели на борьбу с ними не один баллончик отравы. Интересно, чем они тут питались, ведь продукты на лодке оставались либо в банках, либо в пластиковых бутылках. Надеюсь стеклопластик им не по вкусу.

Марина занялась уборкой, мойкой всего и вся, складыванием вещей. У меня тоже было много дел, но за что не возьмусь, не получалось: пришнуровать сетку к релингам - нет тонкого шнура, старый сгнил, хотел поставить обвесы — на них расползлись швы, видимо нитки были не стойкие к ультрафиолету. Назрела необходимость похода по магазинам, к тому же продуктов надо было купить. И вот, в полдень, в самую жару, мы отправились в город.

Два километра пешком до посёлка Ламин, минут двадцать на маршрутке, так как нужен был не просто магазин, а супермаркет. Раньше в нём была только Марина, но она толком не помнила где он находится и пришлось ещё долго идти по солнцепёку, спрашивая у прохожих дорогу.

Затарившись продуктами и химией для уборки и для насекомых вернулись на такси. Марина предложила выпить холодненького пива. Мы поднялись по корявой лестнице на второй этаж «бара-ресторана Ламин Лодж» и блаженно развалились на лавках. Это здание, если его так можно назвать, очень экзотичное, построено целиком из корявых стволов, столы и лавки из толстых спилов дерева, наверное баобаба, светильники из тыквы. Но мы уже привыкли к нему и просто пили холодное местное пиво, любуясь панорамой якорной стоянки окружённой манграми, стараясь не упускать из вида зелёных мартышек. Они бегают здесь свободо и норовят что-нибудь стащить. Сонные официантки их иногда гоняют, тогда они выпрыгивают в окна, в которых, конечно же нет стёкол, с грохотом скачут по жестяной кровле, но вскоре опять возвращаются уже с третьего этажа.

После маленькой бутылочки пива меня вдруг потянуло в сон, по всему телу разлилась слабость, ноги стали ватными. Видимо я всё же перегрелся на солнце, остаток дня я был неработоспособным и провалялся под тентом в кокпите. Марина же продолжала свою уборку как ни в чём не бывало.

23.10.2014 Гамбия. Ламин Лодж.

Ночью было жарко, донимали комары и утром моё самочувствие совсем не улучшилось, добавились ещё и судороги. Любые движения давались с трудом и постоянно хотелось прилечь. Марина продолжала разбирать завалы вещей и выглядела абсолютно бодрой, не смотря на сорокоградусную жару. Я сложил в рюкзачок обвесы и отправился в Ламин, в надежде прострочить разползшиеся швы. Там множество швейных мастерских.

Швеи, все мужики, щупали ткань, качали головой и отказывались — слишком толстая. Только в третьей мастерской согласились прошить. Но, во-первых, их древние машинки не делают шов зигзаг, во-вторых, даже прямой шов на толстой ткани они толком прошить не умеют, с одной стороны стежки остались не затянуты. Я дал им прострочить карманы на обвесах, а подгиб, который одевается на леер шил сам вручную почти всю вторую половину дня.


24.10.2014 Гамбия. Ламин Лодж.

По прежнему еле таскаю ноги. Сделав что-нибудь, сижу подолгу отдыхаю. Потихоньку вооружил грот, гика-шкоты. Опять ходили в Ламин (это каждый раз 2 километра туда и столько же обратно), купили тонкий шнур, начал пришнуровывать сетку к леерам. Когда мы купили лодку, сетка уже была на леерах. Мы так к ней привыкли, что когда впервые сняли её из-за ветхости, почуствовали себя очень неуютно. Казалось, тепер на палубе ничего нельзя оставить, всё неминуемо будет смыто за борт, поэтому сразу же купили и повесили новую. Ну и на самом деле, если бы не сетка, то список утопленных вещей был бы гораздо обширнее.

Сегодня Марина утопила свои очки, очень хорошие. Они упали за борт и скрылись в мутной воде, а она сидела на палубе, как Алёнушка над омутом и горевала о пропаже. Мы никогда раньше не купались в этой протоке, вода казалась грязноватой. Вот дома, в зелёной цветущей и пахнущей воде Куйбышевского водохранилища, запросто, а тут ведь Африка, мало ли чего... Но, вняв мольбам супруги, я решил попытаться найти очки. Дождался отлива, когда глубина стала поменьше, полез в воду и битый час прощупывал ногами жидкий ил на дне, пытаясь нащупать пропажу, но натыкался лишь на ветки и раковины устриц. Устрицы эти здесь повсюду, ими облеплены ветки мангров и наша лодка тоже вся обросла ими, придётся её чистить. Раковины очень острые и нужно было быть очень осторожным, чтобы не порезаться.

Очки так и не нашёл, зато обнаружил, что после купания мне стало намного легче. С этого дня я стал регулярно плавать, потом и Марина последовала моему примеру.

Тотальная уборка на лодке быстро истощила запасы воды и мы заказали её доставку нашему «агенту» Джибрилу. Он привозит на своей пироге 300 литров, 15 двадцатилитровых канистр и помогает залить их в баки. Естественно, прежде эту воду привозит из Ламина его младший брат, на тележке запряженной осликом. Стоит сей сервис 300 даласи, по моему не большие деньги. Заодно мы расплатились за стоянку лодки, в приступе великодушия добавили лишние 50 евро. Марина собрала ещё прилично выглядящую старую одежду и обувь в подарок для его большого семейства. Сам Джибрил, кстати, всегда одет чисто и даже с претензией и одежду меняет по несколько раз в день, чаще чем мы. У нас нет стиральной машинки, хотя у его семейства, думаю, тоже нет. Но у нас ещё и вода в дефиците.


25.10.2014 Гамбия. Ламин Лодж.

Самочувствие потихоньку приходит в норму. Я уже вооружил геную. Подготовку лодки тормозит ещё и то, что мы каждый день ходим пешком в Ламин, постоянно нужно что-то купить. Каждый раз, когда идём туда, я беру с собой фотоаппарат с длиннофокусным объективом. Дорога проходит среди зарослей из акаций, баобабов и деревьев манго и на ней можно встретить множество самых разнообразных птиц. С недавнего времени, а точнее, с прошлого приезда в Гамбию, я неожиданно увлёкся их фотографированием. Вот прямо на этой дорожке можно встретить пёстрых, цветных, щурок, птиц носорогов с непропорционально большим, изогнутым как рог клювом, черноголовых желтых и огненно красных ткачей в брачном оперении, у них сейчас как раз период спаривания. Над цветами порхают, собирая нектар цветные птички похожие на колибри, они так и называются — нектарницы, в траве шебуршаатся бронзовые и чёрные амадины, изредка мелькает лазурный зимородок. Правда снять эти создания не так просто, они ведь птицы, летают и не очень то доверяют людям. Чтобы сделать хороший снимок, нужно много времени, труда и знаний, я же снимаю по любительски, из маскировки применяю только один способ - «замри, притворись деревом»

   Сегодня после обеда поехали на тузике проведать семейство немцев. Муж, жена и две их дочки живут на большом железном кече. Они пришли сюда четыре года назад и каждый год собираются уходить. Живут, как они сами говорят, на небольшую ренту от аренды какой-то недвижимости и мама помогает. Работу искать не пытаются, рыбу не ловят, бесконечно ремонтируют свою ржавеющую лодку. Джибрил сказал про них: - Это бедные люди, такие же как местные. Но, несмотря на бедность и то, что денег едва хватает на питание, они постоянно нанимают местных для работы на лодке, ржавчину отбить, днище от ракушек почистить, бельё постирать и т. д. В прошлом году их лодка стояла рядом с нашей. - Неужели ушли! - подумал я. Спросил у Джибрила, но он сказал, что немцы перешли в протоку с песчаной отмелью, чтобы почистить днище. Перешли уже три месяца назад и по сей день там. Действительно, вдали из за мангровых зарослей виднелись их мачты.

Когда мы появились в протоке на тузике, взрослые беззаботно купались, дети сидели на яхте. Был отлив и сильное течение, песчаная коса прямо на глазах появлялась из под воды. У семейства за год мало что изменилось. Разве что вместо их расклеившегося РИБа, который они безуспешно пытаются отремонтировать, у борта была пришвартована текущая по швам пирога. Они опять говорят, что собираются уйти в ближайшее время. Симона поведала Марине, что мама Стефана, приезжает каждый год в Гамбию к своему чёрному бойфренду и помогает им деньгами, а вот её мама их образ жизни не одобряет и грозилась в ближайшее время приехать и отобрать детей. Но мне почему то кажется, что они всё-равно не уйдут.

    Мы обследовали песчаную отмель, присмотрели место, куда можно будет загнать лодку, чтобы почистить дно, у нас оно тоже сильно обросло.


26-27.10.2014

Подготовка лодки почти закончена. Паруса, бегучий такелаж, обвесы кокпита, сетки на леерах, всё на месте. Грандиозная уборка опять истощила запасы воды, заказали Джибрилу ещё 300 литров. Искать его не приходилось, он являлся каждое утро в Ламин Лодж, как на работу. Стоило о чем то заговорить, о любой проблеме, как он сразу что-нибудь предлагал. Посетовал я, что ночью жарко и комары кусаются, притащил балдахин из противокомарной сетки. Мы вешали его на форштаг и спали на баке. Накопилось много стирки, Марина решила рискнуть отдать её сестре Джибрила. Настроена была очень скептически: - Ну если не чистое будет, то, во всяком случае полосканное. На лодке воды не напасёшься. Когда же Джибрил притащил обратно сумки с постиранным бельём, долго удивлялась: - Я ведь эту майку уже в рабочую одежду перевела, на ней такие пятна были! Всё отстиралось!

Нужно было купить овощей, он привел друга таксиста, съездили на овощной рынок.

Тут мы подумали, что вот уже неделя как снова в Гамбии, а всё суетимся, мы ведь почти всё уже сделали, осталось только дно лодки от ракушек очистить, можно и о культурной программе подумать. Поскольку Джибрил называл себя гидом, мы сказали, что желаем использовать его в этом качестве - арендовать такси его друга и объехать все доступные достопримечательности в округе. После поездки на рынок долго сидели, утрясали маршрут и программу. Мы желали посмотреть всё, что он сочтёт заслуживающим внимания, отказались лишь от катания на верблюдах — это уж для совсем туристов. Решили ехать по «большому кругу». Водитель за поездку на целый день запросил астрономическую сумму, в пересчёте на евро — 60. Мы сразу согласились. Выезд назначили на завтра, на восемь утра, по холодку.

   В восемь утра мы уже были в пути. У друга Джибрила Мерседес в очень хрошем состоянии, чистенький, и если бы не слегка архаичный внешний вид, сошёл бы за новый. Утром хорошо, солнце ещё не поднялось и в открытые окна врывался прохладный воздух. В прошлом году мы были в Гамбии в декабре и тогда не было такой одуряющей дневной жары. Джибрил говорит, что жаркий сезон ещё не закончился, но буквально через недельку уже должна установиться нормальная температура. Жара днём действительно сильная, и жарко не только нам, местные тоже от неё страдают и так же потеют. Не зря Джибрил часто маечки меняет.

Первым делом заехали в небольшой городок, обменяли евро, на расходы и чтобы расплатиться с водителем. Потолкались на местном рынке, купили немного бананов, чтобы ехать не скучно было. Именно потолкались, а не побродили, плотность людей на рынке просто невообразимая.

   Дальше поехали на юг. Очень хорошая и совершенно пустынная дорога. Бросилось в глаза, что здесь, чуть в стороне от крупных городов, когда проезжаешь через небольшие деревни, нет, обычного для населённых пунктов в Африке, мусора вдоль дороги, всё довольно чисто.

   Первым пунктом в программе стояло посещение парка рептилий. Мы свернули на какую-то грунтовую тропу и вскоре заблудились в лесу. Рептилий всё же отыскали. Небольшой, обнесённый забором участок леса, вход 400 даласи. На территории террариумы для опасных и ядовитых гадов, для безобидных, просто бетонные выгородки. Гигантская черепаха и вовсе свободно ползает по территории. Похоже заведение не очень процветает, некоторые террариумы и загончики пустуют, обитатели передохли. Девушка гид познакомила нас с оставшимися в живых. Там было с десяток разновидностей змей, ящерицы, черепахи, водяные и сухопутные. Марине больше всего понравилась огромная черепаха, а мне королевский питон, который, если его потревожить, сворачивается в почти идеальный шар, хоть в футбол им играй, не зря его второе название — питон мяч.

Дальше поехали на южнуюю границу Гамбии с Сенегалом. Джибрил оказывается ещё и большой знаток птиц. У него есть замечательная иллюстрированная книга: «Птицы Гамбии и Сенегала» и любую увиденную птичку он может безошибочно идентифицировать и сразу же ткнуть пальцем в соответствующую иллюстрацию в книге . Причём, большинство птиц может определить по голосу.

Бродили по зарослям, я пытался снимать огненных ткачей, там их было особенно много. В своём брачном наряде эта птичка настолько яркая, что даже не верится, что сменив свадебное оперение на повседневное, она станет мало чем отличимой от обычного воробья.

Потом заехали на какие-то озёра, на которых было полно уток вполне съедобного вида, сразу навеяло мысли об охоте.. А вот фрукты растущие на окрестных кустах оказались несъедобными, Джибрил называл их — обезьяний персик.

Находившись по африканским кущам, насмотревшись на пейзажи, баобабы и птиц, поехали на пляж с претенциозным названием «Парадайз бич». Искупались в море, пообедали. Наш водитель скромно ушёл в сторонку, видимо не желая тратить большие деньги на обед в таком месте. Мы пригласили его, намекнув, что угощаем. Скромный парень. На голове у него, не смотря на жару, была большая вязаная шапка, покрывающая копну дредов. Марина пристала к нему, покажи мол причёску. Дреды оказались длинные, до пояса. Интересно, шея не устаёт такую тяжесть носить? И потом, как голову мыть, это же прям стирка получается. А мокрые они наверное раза в три тяжелее, и сохнуть неделю будут. Я, кажется понимаю, почему он на бережку сидел и в море не купался.

Пока народ отдыхал в тенёчке на лежаках, я взял фотоаппарат и направился к скоплению пирог недалеко от пляжа. Стоило подойти поближе, как нарвался на очередного гида. Очень разговорчивый паренёк. Как часто бывает в таких случаях, он не предлагал своих услуг, а вёл себя так, словно наконец нашёл с кем поболтать за жизнь и просто счастлив от этого. Он показывал мне акул, лобстеров, всяческую рыбу, их здесь же продавали. Показывал как рыбу разделывают (прямо на песке), как сушат, предлагал фотографировать и сам охотно позировал. Подарил мне две большие раковины и даже нашёл пластиковые шлёпанцы, чтобы я мог пройти по раскалённому песку. Конечно же было ясно, что не бескорыстна такая горячая забота о незнакомце. Действительно, чуть позже он говорит:


    • Я, понимаешь, капитан пироги, её ещё мой папа построил. Только она старая, ремонта требует. Сейчас я в море не хожу, нужны деньги на ремонт. Вот, пока гидом подрабатываю. - и смотрит на меня выжидающе.

    • И сколько же ты хочешь за услуги? - спрашиваю.

Видимо моя реакция его обрадовала, он снова вдохновенно затараторил:

  • Для тебя, как друга, всего 400 даласи.

  • Хорошо. - говорю. - Я дам тебе 100

  • Да ты что! Я 100 даласи только за шлёпанцы должен отдать.

  • Я тебя разве просил? Хочешь, пойдём, я тебе свои дам поносить минут 10, будем квиты. Я, видишь ли, тоже капитан. Если хочешь 100, пойдём, я у жены возьму, я ведь в одних плавках, с собой у меня нет. Не хочешь, держи раковины и шлёпанцы.

Он ещё пытался возражать, но всё понял, а когда увидел за столом, к которому я направлялся двух чёрных парней, скромно остановился метрах в десяти.

  • Ух ты! Какие раковины! - сказала Марина.

  • Давай сто даласи.

Следующей достопримечательностью по пути был рыбный рынок. Вернее это был большой замусоренный пляж с множеством рыбацких пирог, похожий на тот, по которому меня водил самозванный гид, но в десятки раз больше. Огромное количество ярко и пёстро раскрашенных лодок. Большие стояли на якорях, малые подходили прямо к берегу и люди толпой вытаскивали их на песок. Здесь же продавался улов. Толпы народу с ящиками бачками, тазами и вёдрами, покупающие и продающие рыбу, начиная от обычных сардин, кончая какими-то экзотическими непонятными созданиями. Крики, шум, гам, летают стаи чаек и запах... Ну конечно - это же рыбный рынок.

Кроме запаха рыбы надо всем этим стелется дым. Сразу за стоящими на берегу лодками расположены рыбные коптильни - множество коптилен. Это широкие и низкие кирпичные печи накрытые навесами. Сверху печи решётки, на которые стоймя, хвостами вверх, плотно укладывается некрупная рыбёшка. Не знаю, как печка сложена внутри, но через решётку поднимается только дым и растекается по всей округе.

Здесь же, на этом пляже-рынке строят огромные деревянные пироги. Из толстых досок и брусьев, очень грубая работа, но готовое изделие, законопаченное, окрашенное и любовно, с фантазией расписанное, производит впечатление надёжности и радует глаз.

Последним пунктом в этой поездке стоял «Crocodile Pool». Переводится это как «Крокодилий Бассейн», было непонятно, что же это такое. Зоопарк? Крокодиловая ферма? Ясно было лишь то, что там есть крокодилы и именно туда стремилась Марина - с самого утра спрашивала: - Когда поедем крокодилов смотреть? Но посёлок Бакау, где находится данное заведение, расположен к северу от Ламин, недалеко от Серекунды, поэтому он и остался напоследок. Оказалось, это что-то вроде парка. Там есть небольшой музей и собственно pool — плотно заросшее кувшинками озерцо в лесной чаще. В тени деревьев сидят мужики, на пластиковых стульях, рядом валяются крокодилы. - Они настоящие? - спросила Марина. - Чего они не шевелятся? Утром она наотрез отказалась дотронуться до гладкого, приятного питона, но решилась потрогать крокодила, правда одним пальцем и предусмотрительно зайдя с хвоста в сопровождении Джибрила и даже купила в сувенирном киоске крокодилий зуб на шнурке — видимо крокодилы ей понравились.

Вот такая получилась заключительная поездка по Гамбии. Мы остались довольны, водитель и гид тоже. Осталось почистить дно от ракушек и можно уходить. Договорились с Джибрилом, что завтра, около трёх часов дня, когда прилив уже будет достаточно высоким, он поможет нам провести лодку к песчаной отмели.

29.10.2014 Гамбия. Ламин Лодж.


Переход в соседнюю протоку наметили во второй половине дня, но сниматься с якоря и швартовых начали с утра. За десять месяцев стоянки лодка пустила корни. Полипропиленовые швартовы, привязанные к манграм, выцвели на солнце и из тёмно-коричневых стали, почему то голубыми. Они остались практически чистыми, только середина, которая при провисании оказывалась в воде, немного обрасла зеленью. Якорные же канаты и цепи увеличились в диаметре вдвое от наросшей на них живности. Тут были и водоросли и молюски и ещё какие-то странные организмы. Всё это сильно пачкалось и пахло. Мы вышли на середину протоки, встали на один якорь, выпустив только цепь, я взял скребок и начал счищать с канатов всю эту флору и фауну. Грязища была неимоверная.


В два часа дня пошли на песчаную отмель, Джибрил в качестве лоцмана. Идти нужно было вплотную к манграм правого берега, потом, в определённом месте на излучине пересечь русло и оказываешься в глубоком канале, 4...5 метров, справа песчаная отмель. Глубина возле неё меняется очень резко, поэтому мы просто ткнулись в песок носом и на тузике завезли якорь подальше на мелководье. Начался отлив, лодка стала потихоньку заваливаться на бок и через несколько часов легла на правый борт. Как только у борта стало достаточно мелко, мы вооружились шпателями и принялись обдирать устриц, наросших почти сплошным слоем. Они отделялись большими коржами вместе с остатками старой необрастайки. В последний раз мы красили ею дно два года назад, в Испании и всё это время лодка провела в воде.

Работали втроём. Джибрил сразу попросил у меня перчатки, я дал ему, а сам продолжал работать голыми руками. И ведь были ещё перчатки, но я же осторожный, чего мне будет. Рука раз соскочила, порезался — ага, нужно поосторожнее. Короче говоря, когда я наконец одел перчатки, руки были изрезаны в хлам.

Левый борт ободрали довольно быстро, вода ещё даже не начала прибывать.

Следующий низкий уровень воды должен был быть около шести часов утра. Джибрил уехал уже в сумерках, договорились, что он вернётся часов в семь-восемь. В лежащей на боку лодке находиться было невозможно, поэтому я залез туда, достал продукты, бутылочку виски и мы поужинали на песке, который уже начало постепенно заливать водой. Потом немцы позвали нас к себе, мы посидели часа два у них на ровной палубе. Спросили, не хотим ли мы чего: чай, кофе? Марина отказалась, я согласился на чай, правда так его и не дождался. В конце концов ушли к себе, Марина легла спать в каюте на банке правого борта, закатившись в угол, я, аналогично, в кокпите.

30.10.2014

Около часа ночи мы стояли на ровном киле и скоро должен был опять начаться отлив. Нужно было сделать так, чтобы теперь лодка, не смотря на то, что отливное течение (довольно сильное) бъёт в левый борт, легла именно на него. Я зараннее завёз большой якорь выше по течению, протянул, чтобы он зарылся в песок и привязал к грота фалу. Когда киль снова коснулся песка, оказалось достаточно придать ей небольшой крен и к моменту, когда течение набрало силу, она уже накренилась основательно и не могла перевалиться на другой борт.

Проснулись мы рано, когда начали скатываться с банок, потому что теперь крен был на левый борт. Я взял скребок и полез в воду. Не смотря на ночь было жарко, а вода и вовсе казалась подогретой. Светила луна, видно было достаточно хорошо, хотя отлив ещё не наступил и я больше колупал под водой, на ощупь. Вскоре ко мне присоединилась Марина и к рассвету мы всё закончили.

Когда появился Джибрил на своей пироге, Марина опять уже спала в кокпите на банке уже левого борта, а я бродил по песчаной отмели, пытался фотографировать мелких суетливых птичек, похожих на куликов, серых цапель и пестрых зимородков. С Джибрилом ещё раз почистили якорные канаты - растянули их на мелководье и прошлись жёсткими щётками.

Пока наш дом лежал на боку, Джибрил предложил сходить на экскурсию к священному дереву. В непрерывной стене мангров, окружающих все берега, оказался проход, настоящий тоннель, в котором было примерно по колено воды, он вывел нас на сухой берег. По тропинке, петляющей среди больших куч устричных раковин мы вышли на поляну с огромным деревом. Это была Сейба или хлопковое дерево. Они часто вырастают большими, это же было просто огромное. От нижней части его ствола во все стороны разрослись большие гребни-перегородки переходящие в корни. Такое дерево спилить или срубить наверное почти невозможно. Хотя, у этого внутри было огромное дупло и, как нам рассказали, кто-то его однажды поджёг изнутри. Но дерево выстояло и снаружи трудно догадаться о том, что внутри у него такая язва. Там целая комнатка, деревянная пещера внутри, даже лавочки поставлены, через лаз пробивается дневной свет. На внутренних стенках ещё заметны следы огня а высоко под сводом, в темноте колония летучих мышей. Интересно, что молодые деревца сейбы и все тонкие ветки больших деревьев густо усеяны мощными острыми шипами. Думаю что благодаря этой особенности им и удаётся расти долго и достигать таких размеров, мало желающих погрызть такое деревце или на дрова порубить.